22.08.2012

Психология шахматиста после выигрыша партии

О влиянии выигрыша на шахматиста говорят редко. Но бесспорно, что и этот результат оказывает заметное воздей­ствие на психику шахматиста. Нежметдинов рассказывал, что после выигрыша он значительно чаще, чем после по­ражения, проводил ночи без сна. Возбуждение, вызванное победой, создавало в сознании устойчивый образ, освобо­диться от которого было нелегко. При этом возникали пе­реживания, носящие нереальный, фантастический харак­тер. Казалось, что выигрывающий ход не сделан и партия продолжается.

Все это говорит о том, что выигрыш и, главное, его по­следствия также заслуживают психологического анализа. Для изучения этого вопроса мы проанализировали резуль­таты следующих после выигрыша партий и содержание этих партий из практики тех же двадцати гроссмейстеров.

Анализ показал, что выигрыш выигрышу рознь. Суще­ственно отличаются, к примеру, выигрыши, достигнутые на старте соревнования, и выигрыши в критические мо­менты борьбы. Попробуем последовательно рассмотреть эти различия.

Было установлено, что выигрыш на старте соревнова­ния оказывает, как правило, положительное психологиче­ское воздействие. Победа на старте обычно воодушевляет, способствует повышению уверенности шахматиста в своих силах. Статистические данные указывают на то, что шах­матисты, добившиеся на старте турнира в первой резуль­тативной партии победы, успешно заканчивали соревнова­ние в 55% случаев (при первом поражении — в 45%). Еще более заметно различие в матчах. Здесь одержавшие победу первыми выиграли почти 75% матчей.

Правда, успех на старте содержит в себе и потенци­альную опасность. У ряда шахматистов, отличавшихся несколько завышенной самооценкой, первый успех часто укреплял необъективную оценку возможностей против­ников. В частности, Боголюбов, Штейн, Ларсен нередко жестоко расплачивались за самоуспокоение после первых успехов в середине и на финише соревнования. Вспомним выступления Ларсена в межзональных турнирах в Ленин­граде (1973) и Риге (1979), когда он, входя на старте в груп­пу лидеров, в итоге не сумел выйти в претенденты.

Выигрыш в середине соревнования вызывает, как правило, более разноречивые переживания. Если победа еще не означает достижения желаемого итога и осталось преодолеть определенные трудности, то она часто ведет к появлению двойственного чувства. С одной стороны, ка­жется, что все благополучно, с другой — возникает остро переживаемое беспокойство, боязнь потерять достигнутое.

Применительно к данной ситуации мы рассмотрели два вопроса: 1. Насколько содержание партий, проведенных после выигрыша, соответствовало стилю игры шахматиста? 2. Какая тактика борьбы избиралась после выигрыша?

В процессе анализа выяснилось, что успех после выиг­рыша сопутствовал тем, кто не обольщался достигнутым, а придерживался привычной манеры игры. В этой связи большое впечатление оставила игра Петросяна в 26-м пер­венстве СССР (Тбилиси, 1959) и в турнире претендентов (Кюрасао, 1962).

Шахматисты, полагавшие, что надо немедленно ис­пользовать «счастливый час», и проявлявшие в этот момент агрессивность, несвойственную стилю их игры, обычно терпели фиаско. Укажем на пример Рети (Нью-Йорк, 1924) и Смейкала (межзональный турнир, Ленинград, 1973).

Изучение вопроса о выборе тактики борьбы после выиг­рыша дало результаты, сходные с выводами, полученными при анализе влияния поражений. Было установлено, что лучше развивали успех те шахматисты, кто чаще приме­нял привычную для себя тактику. Как и после поражений, высоких результатов добивались, например, Таль, без опа­сений продолжавший смело играть на выигрыш, и Ботвин­ник, применявший осмотрительный прессинг.

Таким образом, развитие успеха после выигрыша зави­сит в первую очередь от самообладания шахматиста, спо­собности не поддаваться азарту и придерживаться вырабо­танных творческих и спортивных установок.
©Крогиус

Комментариев нет:

Отправка комментария

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...